
«Лучше всего начну рассказывать с того дня, как я ушел из Пэнси. Пэнси — это закрытая средняя школа в Эгерстауне, штат Пенсильвания. Наверно, вы про нее слыхали. Рекламу вы, во всяком случае, видели. Ее печатают чуть ли не в тысяче журналов — этакий хлюст, верхом на лошади, скачет через препятствия. Как будто в Пэнси только и делают, что играют в поло. А я там даже лошади ни разу в глаза не видал. И под этим конным хлюстом подпись: "С 1888 года в нашей школе выковывают смелых и благородных юношей". Вот уж липа! Никого они там не выковывают, да и в других школах тоже. И ни одного "благородного и смелого" я не встречал, ну, может, есть там один-два — и обчелся. Да и то они такими были еще до школы.» Джером Д. Сэлинджер «Над пропастью во ржи» |
Завязка
Однажды, мой друг Соломоныч и я решили пройтись вечерком по центру города: обсудить котировки на бирже, грибные места, померяться у кого спам забористей, освежить в памяти раздел на букву «ф» толкового словаря Даля, ну, так, обычные мужские разговоры.
И вот когда я вспоминал, есть ли в словаре слово «фаляфель», мы поняли, что на ул. Преображенской совсем нет людей. День, кажется, был либо выходной, либо пятница. А на улицах — никого. Абсолютно. Нет людей.
Тогда Украина играла с Италией.
А знаете как хорошо! Не улице вечером нет людей. Не в три ночи, когда меньше народу, но все равно достаточно, а где-то в семь и никто не шастает. Просто никого нет. Это был один самых прекрасных моментов…
Вот уже пол-френдленты забито футболом…Хорваты, Турки... еще кто-то…
А я не понимаю.
Когда-то мне крестный сказал на мои слова о том, что я не люблю футбол: «Мужчина должен любить футбол!». Он как истинный крестный сделал предложение, от которого по идее невозможно отказаться. То есть, в противном случае я как бы не мужчина.… Если б я был героем американского фильма, то после этой фразы я должен был прослезиться, а затем, шли бы 3 минуты душещипательных кадров под бодрую музыку, где было бы красочно показано, как я упорно осваиваю футбол, ночами штудирую подшивку журналов «Гол» (я думаю, так называется хотя бы один футбольный журнал), преодолеваю пот и слезы, и из меня выковывают настоящего мужика. Ну и кадр со звездно-полосатым знаменем непременно.
Кульминация
«Но я не Айседора Дункан!» как сказал мудрый профессор Преображенский.
Вы думаете, я сразу начал любить футбол? Нет. И до сих пор не люблю. Не увлекаюсь и не болею ни за какую из команд. Мне начхать кто победит.
Развязка
Это я все к тому, что если чего-то не люблю и что-то мне нравится, то так было, есть и скорей всего будет.
Если мое неприятие чего-то это проявление снобизма, пусть я буду снобом, чем лицемером.
Я лучше посмотрю в черное жерло ствола пушки, чем скажу не то, что думаю.
Эпилог
Люди меняют решения. А тебе нужно просто поспеть за этим. Успеть принять.
Иначе, будешь выброшен на свалку за непригодностью и ненадобностью.
Когда-нибудь, возможно, примут решения и насчет меня. Моего срока годности.
Не станет части меня.
Но, это уже будет неважно, ведь будет кем-то забит гол и выигран матч.
Энергия:: исчезнуть
Ритмы души:: Saltillo - A Necessary End
32 выпито | Чашечку кофе?


